Paru Vendu (11/2008)

[…] она возвращается со своим самым личным, зрелым, сильным и удачным альбомом за карьеру.
Доминик Парравано.

Вы возвращаетесь с новым альбомом, поразительно глубоким по сравнению с тем, что Вы делали до этого, и после долгого отсутствия, к которому Вы нас не приучили…
Совершенно верно, и это принесло мне большую пользу. На самом деле, я изначально хотела быть медсестрой, и я приняла участие в передаче «Vis ma vie» («Поживи моей жизнью»), где оказалась в шкуре медсестры, и там я полностью пересмотрела вопрос о своей жизни и профессии. Я осознала, что всё шло быстро, что я никогда не останавливалась, что виделась с родителями только две недели в год. Я задала себе много вопросов о том, чего я хочу и чего больше не хочу. Я больше не хотела отдачи любой ценой от этой профессии, давления, быть должной находиться на сцене, говорить, что тебе там хорошо, когда ты вымотан и занимался промоушеном весь день.

Это настоящий пересмотр жизни. Я никогда не слышал, чтобы Вы говорили мне такие противоречивые вещи об этой профессии. Вы не боитесь, что Вам скажут, что это – речь избалованного и капризного ребёнка?
Да, я ожидала этого, но я больше не хочу притворяться. Я хочу делать всё с желанием, страстью, искренностью и правдивостью. Я действительно хочу быть за правду, потому что слишком чувствительна. Я больше не хочу, чтобы мне всё навязывали в адском ритме. Я ничего не делала в течение года, чтобы посмотреть, вернётся ли ко мне желание.

То есть желание к Вам, по-видимому, вернулось, но с альбомом, противоположным тому, к чему Вы нас приучили. Этот альбом кажется музыкальным автопортретом, в котором создаётся впечатление, что Вы открываетесь нам больше, чем когда бы то ни было…
Да, само собой разумеется, он – отражение того, что я чувствую, и периода, когда я много смотрела со стороны. Я больше в нём открываю душу, говорю, откуда я родом, кто я такая и рассказываю о своих стремлениях. Музыкальный портрет, который нарисовался сам собой, мы не обдумывали его заранее, маленькими штрихами. Эти песни очень личные.

Любовь в нём ещё повсеместна, но излагается под другими углами…
Да, если не считать того, что раньше я рассказывала истории любви, которые не были моими. Тут любовь присутствует, но в очень широком спектре и очень разной манере.

Да, любовь по-прежнему присутствует, но больше в смысле уз крови («L’Esprit de famille» («Семейный дух») или уз сердца («John»), там есть песня о Жонатане, Вашем младшем брате…
Именно так, я обновила тему, расширила её до другой любви, как например узы крови, узы сердца, как раз в песне «John», в которой говорится о Жонатане, моём младшем брате, потому что я уехала от него, когда ему было 13 лет, и я осознала, что не занималась им в течение всех этих лет. Мне хотелось рассказать об этом. Я осознала это, когда увидела одну сцену в фильме «Почти знаменит» («Almost Famous»), снятом Кэмероном Кроу, где мы видим старшую сестру, которая уезжает, оставляя своего брата, и я действительно прочувствовала это. Проводить время со своими очень важно для меня сегодня.

Многие Ваши песни, около половины, были написаны Вашей лучшей подругой Элоди Эм. По каким причинам Вы сделали такой выбор? Чтобы ваши песни были больше на Вас похожи?
Само собой разумеется, она меня хорошо знает, она не загнана в формат и не извращена правилами профессии. И, главное, я ей говорила, тем не менее не заставляя её писать, о тех посланиях, которые хотела передать, об эмоциях, которые хотела выразить.

Вы, например, совместно с ней написали «L’Instinct de survie» («Инстинкт выживания») — самую сильную песню альбома, вдохновлённую историей вашей семьи. Вы считали важным рассказать вашу семейную историю? Это песня, которая больше всего на Вас похожа…
Совершенно верно. Песня была вдохновлена историей моей семьи, такой, какой её изложила моя бабушка в книге, которую хотела передать своим потомкам. Она рассказывает об отъезде из города, где жизнь была тяжёлой, в суровый край – Нью-Брансуик, краешек Акадии, где я выросла. Это песня, которая больше всего на меня похожа. Мои трудности и сомнения ничто по сравнению с тем, что пережили мои предки. Я не могу тратить попусту ту энергию, которую они мне дали. Я написала куплеты, а Элоди – припевы.

Ещё одна грань любви в «1,2,3» — песне о любви к детям. Это нечто такое, что вас мучает?
Конечно, но я к этому не готова. Я задаю себе много вопросов, особенно, когда вижу состояние мира. Создать семью – близко моему сердцу. Однако не эгоистично ли рожать детей, когда видишь мир, который им оставишь? Может быть, лучше усыновлять детей? Я задаю себе все эти вопросы. Так что это просто песня о любви к детям, о счастье, которого для них хочешь, желании – для них и для себя – жить интенсивно.

А в «Pardonnez-moi» («Простите меня») поднимается тема любви, которая притворяется — чистая совесть, продающаяся за дёшево…
Это одна из тем, интересных мне. Это песня обо всех тех, кто хочет выкупить себе совесть, или дать себе чистую совесть, и в которой я говорю, что те, кто на самом деле делает добро, жертвует собой, борются за права человека – редки. Не каждый, кто хочет, становится сестрой Эмманюэль. Я, естественно, считаю и себя частью этого. Давать благотворительные концерты недостаточно, чтобы вернуть себе чистую совесть.

Пара слов о Паскале Обиспо, который реализовал альбом, и который однако изначально не должен был участвовать в этом альбоме…
Моя карьера складывается благодаря встречам с людьми. Вместе мы находим новые направления. Паскаль Обиспо, реализовавший альбом, не должен был принимать в нём участие. Но он сунул мне диск с песнями на прошлое Рождество, и предложил мне, по моём возвращении, новые знакомства, например, с Джоном Маманном — французом, долго жившим в Монреале, и бросившим дела, чтобы посвятить себя музыке. Он многое мне принёс, в артистическом и психологическом плане, или, например, Оливье Рен, «впечатляющий» музыкант человек-оркестр, и X-Cell, сделавший всё программирование.

Пара слов об общей музыкальности альбома, очень порывистой, очень электронной…
Сначала, как всегда, там было много фортепиано и гитары, но кроме «Les Murmures de la fin», оставшейся в формате «фортепиано + голос», все аранжировки очень электронные. На самом деле этот альбом – смесь акустики и электроники, эстрадности моих предыдущих альбомов и более современного звучания. Смесь того, кем я была, и того, кто я отныне…

Share

Copy Protected by Chetan's WP-Copyprotect.