Questions de Femmes (02/2009)

Три года она не выпускала альбомов. По окончании долгого перерыва певица возвращается к нам, по-прежнему поддерживаемая Паскалем Обиспо. Но пусть все знают: Наташа изменилась. В 28 лет она уже не прежняя девочка-подросток, и мечтает, чтобы её, наконец, открыли для себя с другой стороны! Лоран Фьяле.

«Я не позволяю себе много слабостей!»

Говорят, что после Вашего последнего турне, чуть больше двух лет назад, Вы захотели всё прекратить?
Наташа Сен-Пьер. Да, мне это было нужно. Я не прекращала петь с 14 лет, когда вышел мой первый альбом, и мне больше не удавалось посмотреть на всё со стороны. Я уже не знала, действительно ли я это люблю или пою просто по привычке. В моей личной жизни было то же самое: в промежутке между подростковым возрастом и началом взрослой жизни я уже не очень хорошо понимала, что со мной происходит. Короче говоря, я решила сделать перерыв, не зная при этом, собираюсь ли вернуться! Я могла принять решение только во время этого перерыва…

И что бы Вы стали делать, если бы решили оставить музыку?
Стала бы медсестрой. Я всегда мечтала этим заниматься!

И что происходило всё это время?
Я много путешествовала, совершала погружения под воду, уделяла время своим друзьям, переделала оформление своего дома… Короче говоря, жила скорее обыкновенной жизнью, которую мне нужно было, наконец, познать. На самом деле, я жила потихоньку, не задавая себе слишком много вопросов, и ответы пришли сами собой. Я также решила прекратить постоянно курсировать между Квебеком и Францией, чтобы полностью обосноваться в Париже. Потому что отныне моя жизнь здесь. Именно здесь у меня есть мои авторы, моя команда, мой возлюбленный…

Чем отличается, на Ваш взгляд, этот диск от предыдущих?
Мне хотелось, что люди сразу же услышали, насколько я изменилась. Я считаю, что этот диск больше демонстрирует мою личность. У меня очень разнообразные вкусы. Мне 28 лет, я считаю, что я – девушка своего времени. А на предыдущих альбомах я больше оставалась в музыке начала моей карьеры — эстрадной. В 14 лет мне это очень нравилось. Мне по-прежнему нравится, но я также люблю соул, поп, электронику, r’n’b. На этот раз мы смешали всё это, чтобы сделать что-то подходящее мне, я думаю.

В песне «John» Вы говорите о вашем брате и географическом расстоянии между вами…
Да. Эта песня родилась, когда я посмотрела фильм «Почти знаменит». Девушка уезжает жить своей жизнью стюардессы, а её младший брат остаётся дома, немного растерянный. Тогда я провела параллель с тем, что пережили мы с братом. Когда я уехала из дома, Жонатану было всего 13 лет. Я была настолько увлечена своим делом, что не понимала. Но, смотря этот фильм, я спрашивала себя, как он мог это пережить. Мы остались близки, но, само собой разумеется, мы реже виделись, меньше разговаривали друг с другом, я меньше знала его друзей.

Вы поговорили об этом с тех пор?
Да, но мы оба очень сдержанны. Он сказал мне, что песня ему очень нравится, но ни один из нас не стал вдаваться в подробности. У нас это не получается. Или, если мы это делаем, то шутя!

А «L’Instinct de survie»? Как родилась эта песня?
Она родилась благодаря моей бабушке, у которой незаурядная история. Чтобы о ней не забыли, она решила написать её, и эта книга меня очень тронула, потому что я увидела там силу, которую могут иметь люди, когда они решили выпутаться из трудностей. Её жизнь – история ирландки и итальянца (её родителей), которые встретились в Монреале в момент Великой Депрессии. Там больше не было работы. Правительство предоставляло вознаграждения колонизаторам: вам давали зарплату, чтобы идти основывать деревни, строить дома, церковь, мэрию. Именно это сделали мои прадедушка и прабабушка. Моя бабушка выросла в деревне, которую построили её родители. Там родился мой отец. Будучи маленькой, я проводила там лето. Автор текстов Элоди Эм нашла, я считаю, верные слова, чтобы рассказать о влиянии, которое имела на меня эта история.

Каково оно?
Я не позволяю себе много слабостей. Я никогда не опускаю руки. Например, я бы никогда себе не позволила этот двухлетний перерыв, если бы директриса моего лейбла (ставшая потом моим менеджером) мне его не посоветовала.

Сегодня, после всех этих лет карьеры, Вас не так уж хорошо знают. Чем, по Вашему мнению, вызван этот пробел в знаниях о Вас?
Во-первых, потому что я всегда хотела защитить себя. А ещё, у меня такое впечатление, что журналисты много смотрели на меня, как на маленькую девочку. Ну, и это не только их вина. Я думаю, что тоже не давала достаточно поводов, чтобы им захотелось раскрыть мою личность, пойти дальше просто девушки с неплохим голосом! Но я думаю, что этот альбом даст им желание копнуть глубже, потому что в нём я отдаю больше себя и своей истории.

Какими Вы себе представляете пять или десять следующих лет?
Понятия не имею. Надеюсь, у меня будут дети. Мне этого хочется, но в данный момент я не чувствую себя готовой. Я хотела бы родить их не слишком поздно, но посмотрим! И к тому же, мне хочется продолжать заниматься своей профессией, давать концерты. Я хочу проживать вещи, жить полной жизнью.

Что нравится Наташе…
We sing, We dance, We steal things – альбом Джейсона Мраза. А особенно «Lucky» — дуэт, который он исполняет с англичанкой Колби Кайлат (Colbie Caillat). Когда вступают скрипки… у меня мурашки! Я могла бы провести пять часов, слушая только эту песню!

Квартал Парижа, в котором я живу: Пигаль. Сначала я не была уверена, что привыкну к нему, а в итоге мне безумно нравится. Вечером я намного меньше боюсь там прогуливаться, чем когда я жила в более шикарных кварталах, где ночью на улицах никого нет. Здесь постоянно люди. Это квартал, который суетится. Я действительно его очень сильно люблю.

L’Hôtel One, в Париже, в пятом округе. На самом деле, он расположен прямо напротив The 5 (как пять чувств), гостиницы, где каждый номер представляет собой какое-то чувство. Напротив они создали One, где есть только один номер. Он объединяет пять чувств; он великолепен. Я провела там ночь, мне безумно это понравилось. Задумка гениальна!

Share

Copy Protected by Chetan's WP-Copyprotect.